Башня над городом

Пермскому классическому университету повезло: в отличие от множества вузов, открытых в советский период, ПГНИУ исторически расположился в трёх прекрасных старых зданиях. Эти ночлежки для сирых и убогих уже столетие исправно служат науке. Главным из этих зданий, жемчужиной, историческим сердцем университета является так называемый «старый главный» корпус — величественная, чуть напоминающая псевдоготическую постройка, напротив которой позже расположились на постаменте беседующие Ленин с Горьким. Но оказывается, нынешний облик старейшего университетского здания отличается от первоначального важнейшей архитектурной деталью. Но давайте вспомним всё по порядку…

«Для неимущих водников»

…В начале XX века с настойчивыми ходатайствами об открытии ВУЗа в Пермской губернии выступали многие общественные деятели Екатеринбурга и Перми. Эти предложения объективно отражали нужды развития края и явно диктовались государственными интересами. Однако, правительство не спешило создавать в России новые университеты. И только чрезвычайные обстоятельства, связанные с трагическими  событиями 1-й мировой войны, предопредели разрешение этого вопроса. Немцы на западе наступали, и встал вопрос об эвакуации университетов, в частности, Юрьевского (современный г. Тарту, Эстония).

Главным кандидатом на приём последнего была определена Пермь и конкретно Заимка. С начала 1910-х годов станция Пермь II стала крупной узловой станцией на линии Великой Сибирской железнодорожной магистрали. Большая часть владений в промышленном районе Заимка принадлежала представителям крупнейших купеческих фирм Перми. В 1912 г. судопромышленник Николай Мешков покупает здесь у товарищества Алафузовских заводов два участка и начинает строительство ночлежного дома для неимущих водников: «В память и признательность моей матери (Елены Ивановны Мешковой), в честь ее светлого имени придумал я построить дом приюта, питания и предупреждения заболеваний для неимущих водников со всеми приспособлениями, долго и строго обдуманными, бесплатной библиотекой, школой, с пекарней и квасоварней для половины населения города, с разными мастерскими для заработков...». С этой целью Николай Васильевич обратился в городскую управу с предложением об организации на выкупленном им усадебном месте городского учреждения социального призрения «Ночлежный дом им. Е.И. Мешковой».

Пермская городская дума в ответ постановила «выразить Н.В. Мешкову глубочайшую благодарность и выбрать его Почетным гражданином г. Перми за его щедрое пожертвование для бедных жителей города, не имеющих постоянного крова, а также о желательности постройки ночлежного дома на 500 человек, в том числе для 450 мужчин и 50 женщин…».

Строительство началось в том же году. Мешков заказал проект некой шведской строительной фирме. «Общий план расположения построек ночлежного дома им. Е.И. Мешковой», датированный 1914 годом, подписан неким Эриком Роттердамом. Отсюда общий «скандинавский» дух первоначального университетского городка. Главный корпус «Ночлежного дома» увенчала элегантная башня, главная героиня нашего повествования, вы можете видеть её на фото.

Башня располагалась прямо над главной лестницей. Многие университетские обитатели, увы, не знают о её изначальном парении в небе над ПГУ…

Башня над городомИз ночлежек в университеты

В 1914 г. из намеченного комплекса зданий на Заимке уже был готов корпус ночлежного дома со столовыми, библиотекой, помещением для бюро труда, амбулаторией, приемными покоями. Здесь же функционировали общественные бани, а при них прачечная и дезинфекционная камера для платья и белья ночлежников и других желающих, склады, погреба и котельная. Все эти сооружаемые постройки Мешков полностью передал городу.

В 1916 году эвакуация Юрьевского университета в Пермь была отменена. Однако, дело об организации университета в Перми приняло столь широкий размах, что правительство уже не могло игнорировать его. К тому же в условиях военного времени ощущался острый недостаток медиков, химиков, фармацевтов и других специалистов с высшим образованием. Основание высшего учебного заведения в Перми правительством было признано неотложным и приобретало не только местное, но и общероссийское значение.

4 октября 1916 г. по постановлению Совета Министров состоялось открытие Пермского отделения Петроградского Императорского университета. Мешковские здания были переданы создаваемому вузу. В августе был начат прием студентов, в Пермь съезжались профессора и преподаватели, шла подготовка к приспособлению помещений. Однако, главный корпус Ночлежного дома на Заимке и здание Губернской земской управы на улице Сибирской (ныне главный корпус педагогического университета) оставались занятыми войсками. Военная администрация Перми ответила категорическим отказом на просьбу освободить эти здания. Год спустя постановлением Временного Правительства был учреждён уже самостоятельный Пермский университет, который получил, наконец, от военных эти здания в своё полное распоряжение. Их приспособление для университетского использования происходило под руководством архитектора Бернадацци, назначенного Министерством Народного просвещения.

После пожара

…В 1920-е годы в связи с острым жилищным кризисом в Перми часть помещений в зданиях университета была занята под жилые комнаты сотрудников. В том самом «старом главном» корпусе, нынешнем 2-м корпусе, где располагаются физмат и истфак, в помещении мансарды жили семьи сотрудников, и здесь же располагались библиотека-читальня и лаборатории.

…21 января 1927 г. произошла одна из главных катастроф в истории университета, по разрушительности сопоставимая разве что с горбачёвской Перестройкой. В 10 вечера в главном здании произошел пожар. Он возник в мансардном помещении, на чердаке над потолком 5-го этажа, занятого квартирами научных работников и оранжереей ботанической лаборатории. Огонь был замечен первоначально в центральной части чердака между башней и северным крылом здания. Причину возникновения пожара ввиду значительных разрушений выявить потом так и не удалось. Несмотря на героическую борьбу за здание студентов и преподавателей, а также рабочих ближайших предприятий, красноармейцев и милиции, организованную профессором Александром Генкелем, последствия оказались опустошительны. Напомним печальную деталь: залитый водой и много часов находившийся в сырой одежде Александр Германович простудился, тяжело заболел и в апреле умер. Пожаром были уничтожены внутренние каменные стены и переборки в пределах 5-го этажа, система отопления и вентиляции, разрушены и расширительные баки центрального водяного отопления, которые упали на потолок 4-го этажа. В огне погибли оранжерея и имущество научных работников, живших на 5-м этаже. Здание было затоплено водой, и система отопления заморожена. И конечно же рухнула та самая башня, символ университета…

За ликвидацию бедствия взялась специально созданная комиссия Пермского Окрисполкома по восстановлению здания университета. Был принят ряд решений. Признали, что  нецелесообразно и недопустимо восстанавливать сгоревший 5-й этаж в первоначальном виде, т.е. с деревянными, заполненными опилками стенами, крайне опасными в пожарном отношении. При этом учли крайне острую нужду ПГУ в помещении для целого ряда учебно-вспомогательных учреждений, а также достаточную прочность основных каменных стен здания и железобетонных перекрытий. Решили восстанавливать утраченный 5-й этаж с несгораемыми перекрытиями. Постановили, что сама крыша должна быть восстановлена в прежнем «норвежском» виде, разумеется, вместе с башней. Примечательна использованная для этого аргументация: «для сохранения общего стиля всей группы университетских зданий на данном участке города Перми». А помимо этого решено было восстановление сгоревшей башни совместить с использованием ее для астрономической площадки университетского кабинета астрономии. Состоявшееся в скором времени в Свердловске совещание Уралпроектбюро по вопросу о восстановлении крыши здания ПГУ также высказалось за полную реставрацию крыши в том виде, каком она была до пожара «как более соответствующей общему характеру здания и всей Заимки». Более того, башня, предназначенная и для астрономического наблюдения, должна была стать «сложно вращающейся»! Грандиозные замыслы!..

Башни не будет… Да здравствует башня!

А дальше началась обычная пермская проза… Из архивных справок следует, что начавшиеся летом на крыше работы, выполняемые Окрстройконторой, забуксовали. Почему-то работало всего лишь три кровельщика, восстановление стропил производилось без утвержденного проекта, всё двигалось медленно и через пень-колоду… Правление ПГУ не раз обвиняло в этом Окрстройконтору. Та в ответ писала, что архитекторы Бенда — бывший городской, впоследствии архитектор Пермского университета И.И. Бенда — и Воеводин задерживают проект башни…

В августе комиссия по восстановлению здания университета умерила размах планов и решила «приспособление башни для установки астрономических труб считать не целесообразным…». Башню определено было использовать как одну из вентиляционных вытяжек. Впоследствии решено было установить на ней часы.

В декабре проект устройства башни в новом виде был утверждён. Но вскоре, судя по всему, опять забуксовал… В конце 1920-х гг. от плана восстановления башни окончательно отказались. Причина формулируется в документах скучно: «ввиду недостаточной технической оснащенности и слабого технического руководства местных строительных организаций, а также позднего представления проекта…».

Через два года мы будем отмечать 100-летний юбилей университета. Вопрос о восстановлении исторического облика здания 2-го корпуса классического университета вновь поднят. В ректорате, при котором даже создан специальный фонд «Башня», тоже готовы этим заниматься. Однако, у самого вуза не хватит на это собственных средств. Восстановление здания, бывшего долгое время родным для многих ныне здравствующих выпускников ПГУ, занимающих сегодня командные высоты в политике, бизнесе, науке и культуре является делом их чести и долга по отношению к Alma Mater. Над Заимкой снова должна подняться башня, символизируя восстановленную связь времён, не раз прерывавшуюся жестоким ХХ веком.

Олег Гайсин

Просмотров: 729