Дело рядового Колчанова

Полуторагодовым хождением по мукам стала попытка семьи Колчановых восстановить справедливость и привлечь к ответственности лиц, по вине которых их старший сын Станислав вернулся из армии инвалидом.

Травма

…На работах по уборке мусора рядовой Станислав Колчанов запнулся и упал в строительный котлован  с высоты двух метров. В результате у него произошёл перелом шейки бедра со смещением обломков. Первоначально травма была определена врачами поселковой больницы как ушиб. На самом деле этот «ушиб» был на самом деле «вколоченным переломом», получив который человек может передвигаться на ногах, но с сопутствующими болями. Руководство в лице командира роты Игоря Кокорина, по-видимому, посчитало такую травму незначительной, — ведь Колчанов, хоть и на костылях, но все-таки ходил. Посему с легкой руки старшины пострадавший вопреки жалобам на острую боль на следующий же день был отправлен в суточный наряд дневальным по роте. Через трое суток Колчанов был всё же направлен в медпункт. Однако, госпитализации после этого не последовало.

Рядовой Колчанов накануне своей травмы - Ижевск, 2010 год. Фото из семейного архива

Рядовой Колчанов накануне своей травмы — Ижевск, 2010 год. Фото из семейного архива

Состояние рядового ухудшалось: нога отекла, поднялась температура.  По прошествии 10 дней с момента падения  Станислав  был отправлен в ижевский госпиталь, где врачи все-таки обнаружили перелом и провели операцию. По причине того, что медицинская помощь была оказана несвоевременно уже после демобилизации у Колчанова обнаружились неправильно сросшиеся внутри- и околосуставные переломы. Сустав оказался полностью разрушен. Повторная операция, которую проводили в Екатеринбурге спустя год, несколько облегчила дискомфорт и боли при ходьбе, однако теперь травмированная правая нога Станислава короче левой. Бывший рядовой «Спецстроя» сейчас передвигается с тростью и является инвалидом третьей группы.

Размер пенсии с травмой Стаса не превышает суммы 8 тысяч рублей. Однако, благодаря 1,5-годовым судебным разбирательствам, в которых Колчановы пытаются добиться правды, им удалось-таки выбить из Министерства обороны заветный листок о выплате страховки. Согласно этому документу подтверждается право рядового на получение ежемесячного пособия. Вместе с государственной пенсией по инвалидности общая сумма выплат составляет 15 тысяч рублей.

Рядовой Колчанов Станислав Андреевич 1990 года рождения проходил службу в военной части № 43003 в г. Ижевске с декабря по август 2010 года. В конце августа, на 9-м месяце прохождения службы, был переведен в подразделение части в посёлке Кизнер в 160 км. от Ижевска для работы на заводе по уничтожению химического оружия. Работы на территории сложного объекта шли без проведения инструктажа и без соблюдения техники безопасности, что, вероятно, и послужило причиной травмы.

Инвалид — значит «уклонист»

…Но и это не все «радости», которыми наградила парня армия. Бдительные и чуткие начальники усмотрели в случившемся предлог подвести Колчанова под статью «симуляция с  целью уклонения от службы». В связи с этим в отношении рядового, который тогда ходил на костылях, была проведена проверка с целью возбуждения уголовного дела. К счастью, по её результатам было вынесено постановление об отказе в возбуждении. Примечательно, что дознание проводили двое военных в звании майоров, а в процессе следствия по этому вопросу отчитывалось другое, третье лицо майорского звания: некто Терентьев Р.А. Еще интереснее то, что Терентьев в своих объяснениях  заявляет о том, что лично беседовал с Колчановым, хотя Станислав майора не знает. Про то, что именно этот Терентьев проводил в отношении него разного рода проверки рядовой узнал тогда впервые.

Казалось бы, ситуация вполне обыкновенная: немногие счастливчики, отслужив «срок», покинули воинскую часть без физических и психологических травм. А те, кто так или иначе пострадал «по долгу службы», мало надеются добиться правды и справедливости в судебных тяжбах против системы, зовущейся Российской армией. Посему демобилизоваться с незначительными увечьями – истинное счастье для рядового солдата. Но семья Колчанова, пострадавшего сильнее других, узнав после второй операции, что старший сын навсегда остался инвалидом, не смирилась  с этим ударом судьбы.  Иск  был подан Колчановыми в октябре 2011 года. С этого момента начинаются «скитания» дела Колчановых от суда  к суду, от инстанции к инстанции.

Инициатором процесса выступила тетя Станислава Ольга Климентьевна.  Первоначально  от ее лица был предъявлен гражданский иск Министерству обороны РФ.  Мотовилихинский районный суд Перми передал дело в Пермский гарнизонный суд. Последний отказал Колчановым в проведении независимой медико-социальной экспертизы, тем самым сразу лишив их доказательной базы. Затем суд отказал своим решением в выплате компенсации, постановив: рядовой получил травму в результате собственной неосторожности.

Параллельно Колчановы пытались привлечь к уголовной ответственности должностных лиц воинской части, а также Военной прокуратуры Ижевского гарнизона. В процессе следствия было установлено, что прокуратура провела проверку неполно и недобросовестно. Однако, в возбуждении уголовного дела было отказано в виду истечения сроков давности.

Чудеса и фокусы военного правосудия

После подачи апелляции дело было передано в Приволжский окружной военный суд. Но и там, несмотря на достаточную громкость процесса (на самарском телевидение сняли сюжет по делу Колчанова), судьи не сочли нужным обратить внимание на путаные показания свидетелей, фальсификацию улик и  явное покрывание своих со стороны отцов-командиров. Так, из материалов дела мы видим следующее: «…имеются показания Гончара, который говорит о том, что доложил о падении Колчанова командиру роты Кокорину в тот же день 20 сентября 2010 года около 19 часов перед ужином. Таким образом, показания Кокорина о том, что он ничего не знал о падении вплоть до 5 октября 2010 года не соответствуют действительности». И правда, путаться при даче показаний на неделю-две, дело, видимо, вполне обычное для ижевских офицеров.

С другой стороны, стоит отдать честь их удивительной сплоченности. Особенно отличился в этом уже названный заместитель командира части по воспитательной работе Роман Алексеевич Терентьев. Именно Терентьев, согласно его словам, проводил в отношении Колчанова всякого рода проверки: по факту уклонения от службы, на предмет неуставных отношений. Также майор, по материалам следствия, лично приходил в палату больного, интересовался его здоровьем, видел костыли, опрашивал сослуживцев Колчанова-свидетелей происшествия. Не забыл он, как бы невзначай,  упомянуть и о том, что рядовой «упал на лестничном марше», когда выходил от врача-хирурга. Однако, при даче показаний на суде Терентьев уже говорил, что точно не помнит, как у Колчанова появились костыли, и когда состоялась их беседа. Но в случае с майором важна не столько путаница в показаниях, сколько, повторим ещё раз, такая деталь: Станиславу Колчанову  Терентьев не знаком. Из всего сказанного остается только предположить, что все действия майора – желание принять весь огонь военного правосудия на себя. За это Терентьеву в плане отваги и мужества впору вручить медаль.

Не отстают и даже дают фору командирам медицинские работники, переписывающие истории болезни и загадочно теряющие рентгеновские снимки, если последние «вовремя» не запрошены. Факт недобросовестности медиков отражен в тексте кассационной жалобы от 16 апреля сего года: «…необходимо отметить, что записи в историях болезни, а именно в истории болезни из Ижевского госпиталя № 2407 заклеены и переписаны заново. Этот факт я (Колчанова О.К.) видела лично, когда запрашивала заверенные копии в Пермском гарнизонном суде».

Военные суды, по-видимому, также обладают особой прозорливостью. Чем же иначе еще можно объяснить то, что решение первой инстанции было вынесено до окончания проведения независимой проверки – главного доказательства по делу? А то, что для вынесения вердикта второй инстанции судье не понадобилось ни журналов по инструктажу и учету ежедневных заданий на работах в посёлке Кизнер, ни первого рентгеновского снимка травмированной ноги, ни медицинской книжки рядового Колчанова? Так или иначе общими усилиями следствия, прокуратуры, медиков и военнослужащих в июле 2012 истцам в возбуждении уголовного дела против должностных лиц  войсковой части №43003 г. Ижевска было  повторно отказано.

Надежды нет. Или есть?..

Но финансовые расходы и моральная усталость не должны брать верх там, где дело касается принципа, и Колчановы пошли дальше. В декабре 2012 они обжаловали решения суда и потребовали провести проверку материалов дела сразу в две инстанции. Во-первых, в Следственный комитет РФ по Центральному военному округу, во-вторых – прокурору того же округа. Тогда Колчановы еще и надеялись найти правду  в высших инстанциях Министерства обороны, ведь русскому человеку вообще свойственно верить в то, что «свыше». Но и тут реальность превзошла всякие ожидания: в ответ на жалобу пришла отписка о том, что дело передано не куда-нибудь, а в ведение СК России по Уфимскому гарнизону, то есть вернулось на рассмотрение  в родной Ижевск.

Надежды на положительный исход дела у них уже почти нет. В ближайшее время ожидается письмо из Ижевска с очередным сообщением о невозможности привлечения воинских лиц и званий к ответственности. Последняя жалоба на имя Генерального прокурора РФ будет, наверное, последним шагом семьи Колчановых в борьбе за справедливость. С каждым днем им все труднее верить, что это послание вообще дойдет до своего адресата. Я старалась их поддержать. Но вообще-то не знала, чем.

Евгения Горкунова

Просмотров: 639