Лидия Степановна

В Пермь из Новороссийска пришла печальная новость: от нас ушла Лидия Степановна ПоповаВ Пермь из Новороссийска пришла печальная новость: от нас ушла Лидия Степановна Попова. Личность легендарная для экологического движения и вообще для пермской общественной жизни нулевых.

Тихая, элегантно одетая посетительница стала появляться в пермских экологических и правозащитных организациях весной-летом 2002 года и поначалу производила на нас впечатление человека «не от мира сего». Но вскоре выяснилось, что, во-первых, выпускница химико-технологического факультета пермского политеха с многолетним стажем инженера-химика на Ново-Лядовском заводе «Нефтегаз» Лидия Степановна очень компетентна в вопросах химической безопасности и загрязнения. А во-вторых, полна неисчерпаемой энергии, обладает жаром убеждения и ещё абсолютно бесстрашна… В самое скорое время ею было создано Ново-Лядовское отделение Всероссийского общества охраны природы, в которое было вскоре зачислено — шутка ли! — 23 местных жителя. Самой первой акцией стала охота за теми, кто, проезжая через Ляды, останавливается и выбрасывает мусор в лесополосу. Перед обаянием и тихим напором Л.С. не смогла устоять и местная милиция, которую Л.С. мобилизовала для этих засад и выступила вместе со своими активистами гарантом её неподкупности. Было отловлено множество нарушителей и среди них сотрудники областной администрации, руководители «Облпотребсоюза», журналисты городской газеты…

А Л.С. меж тем уже увидела в родном посёлке, куда она вернулась из Кировской области, новую проблему на стыке загрязнения окружающей среды и криминала: посреди Новых Лядов, прямо на улице Мичурина, цыганская артель убивала и свежевала коров и лошадей, нарушая все возможные санитарные и этические нормы. Животные орали, предчувствуя свою кончину, кровь текла вниз по улице, затекая во дворы сельчан и попадая в колодцы, мухи вились тучами, а администрация, санитарные службы и милиция покрывала всё это безобразие. Местные же жители не смели молвить и слова этно-криминальному синдикату, наладившему свой промысел ещё в горячие 90-е. Когда к цыганам пришла Л.С. и сказала своим тихим голосом, что положит этому безобразию конец, их главарь, некий Пётр Чугунов, только расхохотался, видя перед собою хрупкую и кроткую женщину. Дурак, он не знал тогда, с кем связался. Через несколько недель все причастные новолядовские и пермские службы были на ушах, милиция и Госсанэпиднадзор проводили проверки, Л.С. с осмелевшими и приободрившимися местными помощниками находила по окрестным лесам незаконные захоронения коровьих хвостов и потрохов, а люди радовались, что их улица наконец-то освободилась от многолетнего кровавого морока. «А ты не боишься, что с тобой что-нибудь случится?» — спрашивали тогда у неё офонаревшие от всего, что с ними происходит, цыгане. «Да нет, что вы!» — светло смеясь, отвечала им Л.С. и рассказывала про то, что смерть это лишь веха в круге реинкарнаций, и потому она есть благо и дар небес, и не надо бояться оставить Землю. И тогда, и потом никакие угрозы не могли пробиться сквозь её наивную искреннюю детскую религиозность.

К слову, до этого в Кировской области Л.С. героически билась с угрозой противозаконной утилизации химического оружия известного Марадыковского арсенала.

А дальше… дальше была многое многое другое… Л.С. вышла на региональный уровень и возглавила Пермского отделение Союза «За химическую безопасность», и отделение стало у этой всероссийской экологической организации самым компетентным и активно работающим среди всех. Возник коллектив энтузиастов, и был целый ряд кампаний, больших и маленьких, более или менее успешных, главной движущей силой которых была Л.С.. Среди них — борьба с угрозой строительства пермской АЭС, со сжиганием гептила на испытательном полигоне «Протона», со всевозможными выбросами и сбросами разных предприятий, а главное — с абсолютно криминальным сжиганием на заводе им. Кирова советских межконтинентальных баллистических ракет СС-24 «Скальпель» под руководством НАТО-вских инспекторов. Последняя история была долгой и изматывающей, и когда у других её участников кончались силы, мы смотрели на Л,С. и заряжались её неиссякаемой энергией, и не смели отступить. Она делала тогда всё: проводила экспертизы, собирала жителей Закамска на пикеты, выпускала листовки, выступала оратором на митингах и истицей в судах, а также была душой и сердцем молодёжного протестного анархо-экологического лагеря под стенами Кировского завода летом 2004 года, месяцами жила с нами в палатках, участвовала в противостоянии с милицией, шла на осаду областной администрации во главе безусловно ей доверявшей весёлой банды юных радикалов, съехавшихся со всех концов России и мира, и об одном лишь этом лете можно написать авантюрный роман… В итоге тогда удалось как минимум заставить промышленников и власти достроить закрытый стенд с улавливанием выбросов и перевести на него ракетный прожиг. Раньше он проходил на так называемом открытом стенде, то есть просто в яме, и вся Пермь дышала ядовитыми продуктами сгорания токсичного твёрдого топлива, включая диоксины.

…А ещё Л.С. успевала устраивать в Перми Бег мира, организовывать художественные выставки, сниматься в кино по настоянию пермских кинодокументалистов, заниматься любимой внучкой…

В 2009 году Л.С. переехала из Перми в Новороссийск, чтобы устроить внучку Настеньку в школу к знаменитому педагогу-новатору Щетинину. Писала нам оттуда, как борется против сбросов в Чёрное море, сетовала, что на Кубани нет ничего подобного нашей пермской общественной среде… В Перми экологическая активность с её отъездом заметно снизилась. Приезжала в Пермь лишь 2-3 раза, и в последний раз, этим летом, мы выяснили, что она больна лейкозом, видимо, вследствие многолетней работы на вредном гептиловом производстве. Пермские врачи и семья убеждали её остаться здесь, поскольку повышенная южная инсоляция была при её диагнозе страшно вредна. Но Л.С. лишь улыбалась — она не боялась смерти и знала, что смешно спрыгивать со своего персонального Пути.

Лидия Степановна Попова родилась 22 ноября 1947 года в деревне Лопата Оричевского района Кировской области и оставила Землю в хуторе Семигорье Новороссийского района Краснодарского края 10 декабря 2016 года. Согласно её воле никаких прощальных церемоний не проводилось, а её тело было вчера, во вторник, кремировано, и прах развеян над окрестностями Семигорья. Это был насыщенный и правильный Путь.

Роман Юшков

Просмотров: 331