Мой дом — мой бордель

Публичный дом в большом жилом доме… Не может быть? Это наша реальность! В центре Перми жители уже несколько лет пытаются избавиться от навязчивого соседства. Ночной клуб в подвале их многоквартирного дома то открывается, то закрывается. Меняется лишь вывеска – «Распутин» реинкарнировался в «Студию 29», которая дважды возрождалась, а теперь это «Тайм-аут»… Положение тупиковое, ведь в российском законодательстве не существует ограничений на расположение мужских клубов, SPA-салонов, стрип-клубов и прочих слегка завуалированных вариаций борделя. Весёлый дом можно открыть где угодно (теоретически – хоть в школьном подвале!), и пермяки почувствовали прелести этой вакханалии.

Жители респектабельного дома № 29 по улице Петропавловской забыли спокойную жизнь с тех пор, как их подвал облюбовали дельцы секс-бизнеса. На когда-то тихой улице с вечера и до утра кипит жизнь: шум машин, хлопанье дверями, хохот и визги. Регулярно случаются драки с вызовом полиции, а однажды разъярённый посетитель клуба пинал стоявшую во дворе чужую машину. По свидетельствам жильцов, разгорячённые фемины из персонала клуба во время перекуров под окнами громко обсуждают интимные подробности, включая особенности мужских половых органов клиентов. А в белую июньскую ночь перед домом бегали девицы в одном нижнем белье, зазывая гуляющих выпускников.

Ирина Калегина, жительница дома:

- Если у кого-то есть желание открыть подобное заведение, пусть открывают подальше от центра города, подальше от школ, от детских садов, вообще от жилых домов. У нас в доме сорок квартир, и 90% жильцов — с детьми. Причём, в семьях в основном по два-три ребёнка. Дети подрастают, у них вопросы будут появляться: что это за клуб такой, зачем эти девушки и мужчины сюда приезжают? Подобные заведения притягивают определённую публику, с которой мы не хотели бы, чтобы наши дети сталкивались. Существуют ещё бытовые неудобства, связанные с ночным шумом. Дети плохо спят, мы тоже не высыпаемся. Мы хотим, чтобы стриптиз-клуб в нашем доме был закрыт, и мы жили дальше спокойно, наши дети развивались, ограждённые от этого влияния, чтобы мы были за них спокойны и не боялись вечером выйти во двор.

Мой дом — мой бордель

Кураж, «дискотека» и массовая миграция возбуждённых граждан возле дома начинаются в то время, когда  все хотят отдыхать после работы, а дети делают уроки и должны ложиться спать. Весь дом вынужден это терпеть. Несмотря на то, что в нём организовано товарищество собственников недвижимости (ТСН, бывшее ТСЖ), жители не могут избавиться от нежелательного заведения в своём подвале. Согласия собственников жилья никто не собирается спрашивать, так как попросту нет такой процедуры. И тут возможностей и свобод у предпринимателей гораздо больше.

Кто настоящий владелец клуба, выяснить сложно. Жильцы его ни разу не видели — в лице арендатора формально выступают юридические лица с номинальными директорами. Собственник подвала на все жалобы отвечает: «Имею право сдавать, кому захочу!». И весь дом не может ничего поделать, хотя ночной клуб ко всему прочему любит копить долги за «коммуналку». Досаждает он и своим соседям-бизнесменам. Отель «Сибирия», занимающий в доме второй этаж, вынужден был переселять гостей из номеров, расположенных над клубом, из-за сильного шума. Получается, что веселье кучки гуляк, приносящее прибыль в чей-то карман, закон защищает гораздо лучше, чем спокойствие целого дома.

Жители три года пытались разрулить ситуацию своими силами. Были попытки договориться с клубом и ограничить громкость и ночные дебаты во дворе… просьбы, жалобы, переписки… затем обращения в полицию, Роспотребнадзор, к пожарным, в МЧС… суды, приставы…. период спокойствия… смена арендатора, смена вывески — и всё снова по замкнутому кругу. В поисках выхода отчаявшиеся горожане обратились в Пермский региональный правозащитный центр.

Игорь Храмцов, председатель ТСН «Петропавловская, 29»:

- Если сегодня мы закроем эту точку — завтра она откроется на том же месте или через дорогу у школы. Бороться с увеселительными заведениями в жилых домах – сизифов труд, потому что законодательство абсолютно не регулирует этот вопрос. Проблему надо решать кардинально, убирая пробелы в российских законах! И установкой знака возрастного ограничения на входе дело совсем не решается. Стриптиз-клуб создаёт опасность для детей, так как привлекает к нашему дому контингент, который ищет приключений. Эти озабоченные граждане, когда их выставляют из клуба, ведут себя невменяемо и лезут через ограду в наш двор, к служебному входу «Тайм-аута».

Мой дом — мой бордель

Глава товарищества добавляет, что любой грамотный экономист, проанализировав бизнес-схему и источник дохода от работы ночного стриптиз-клуба, сделает вывод, что прибыльно существовать, оказывая клиентам сугубо легальные услуги, этот вид предпринимательства просто не может. Ясно, что это всего лишь ширма для организации услуг жриц самой древней профессии.

Одна из жителей Любовь Курзенёва признаётся, что ей, как и другим мамам в этом доме, вечером страшно отпускать своего ребёнка-школьника. Бордель расположен так, что его не обойдёшь. Помимо приставаний подвыпивших и обкуренных дяденек, зациклившихся на сексуальной разрядке, есть и другая угроза. Не исключено, что подростки из любопытства потянутся к запретному плоду, который каждый день мозолит глаза… Как известно, одна паршивая овца может всё стадо перепортить, так и в нездоровых условиях соседства борделя с жилым домом повышен риск приобщения детей к маргинальной сфере развлечений. Фактически, такое циничное соседство — это совращение детей, но молчат все надзорные органы.

Мой дом — мой бордель

- Слишком раннее знакомство с неприглядными сторонами взрослой жизни, безусловно, наносит вред развитию детей, их формирующейся системе ценностей, — комментирует директор ПРПЦ Сергей Исаев. — На наш взгляд, нарушается законодательно закреплённое право несовершеннолетних на защиту от вредной информации. Особенно если учесть традиционную развитость инфраструктуры для детей в центральных районах города. Но по каким-то причинам это положение всех устраивает, кроме родителей.

С начала лета ПРПЦ добивался закрытия мужского клуба «Golden room» рядом с Центром детского творчества и Дягилевской гимназией, поставив вопрос перед Минобром Пермского края и органами прокуратуры (статья «Дети и бордели»). В августе прокуратура Ленинского района за административные правонарушения завела дело на директора клуба Шабалина А.А., он был признан виновным и оштрафован, после чего бордель свернул свои услуги на улице Сибирской. А в октябре несколькими кварталами ниже, на Петропавловской, возобновил свою деятельность ночной эротический клуб «Time-out». Жильцы дома подозревают, что бордель попросту переехал к ним с Сибирской, мигрируя в центре города. Районная прокуратура здесь бессильна — положить конец таким вояжам могут лишь законодатели.

К чести сотрудников Ленинской прокуратуры, они всё же предприняли попытку сдвинуть дело с мёртвой точки. В вышестоящую краевую прокуратуру от них поступил проект предложения о дополнении законодательства запретом на расположение увеселительных заведений вблизи организаций, образующих социальную инфраструктуру для несовершеннолетних. Но этот проект благополучно похоронили. На запрос ПРПЦ начальник отдела по надзору за исполнением законов о несовершеннолетних в Пермском крае Татьяна Шуваева ответила, что прокуратура регионального уровня не обладает правом вносить предложения об усовершенствовании российского законодательства.

Зато, как мы выяснили, таким правом обладает Генеральная прокуратура РФ, если её региональные органы просигналят о проблеме, вызванной пробелом в законодательстве. Осталось убедить прокурора Пермского края, что проблема существует… Хотя её уже сложно не заметить: она кричит о себе с рекламных щитов, и развращение детей той средой, в которой они живут, происходит ежедневно на наших глазах.

Мой дом — мой бордель

Все эти «райские уголки», «адамы и евы», «монархи» и «секреты» заполонили город. Их не стесняет соседство с образовательными учреждениями. Салон эротического массажа «Студия 109», круглосуточно работающий в жилой высотке, всего в двух шагах от Пермского краевого колледжа «Оникс» (бывшее педучилище № 4), где несовершеннолетние готовятся стать педагогами дошкольного и дополнительного образования. Стрип-клуб «Зажигалка» делит один двор со школой № 18, а бок о бок с Домом детского творчества «Пермячок» уживается «Заябар».

Средняя физико-математическая школа № 9 на Компросе окружена борделями. Так, прямо через дорогу, в здании кинотеатра «Октябрь» оказывает экстренную помощь страждущим эротический клуб «911», а с фланга — мужской клуб «Жажда», чья реклама лезет в глаза на одном из центральных перекрёстков Перми. Помимо 9-й школы, рядом Горьковский парк с аттракционами и наплывом подростков в выходные дни вечером, когда все без исключения городские бордели заступают на свою ночную вахту…

И пускай время работы этих заведений не всегда совпадает с учебным днём, но в детское сознание закладывается представление о допустимости и даже престижности подобных вещей. О каком «облико морале» подрастающего поколения можно говорить?

Мой дом — мой бордельВернёмся к стриптиз-клубу в жилом доме на Петропавловской. Показательно, что он, как и многие местные бордели, окопался в историческом центре, в колыбели пермской культуры и образования – поблизости медицинская академия, институт искусства и культуры, средняя гуманитарная школа № 2, 17 гимназия, детский сад и библиотека, театр оперы и балета… Жильцы этого многострадального дома говорят об абсурдности сложившегося порядка: «Что нам дают сутенёрские заведения? Они создают новые, престижные и стабильные рабочие места? Они являются добросовестными налогоплательщиками? Их деятельность полностью прозрачна? В этих заведениях исключительно всё законно и все девушки там только танцуют? Их деятельность одобряется обществом? Они воскрешают наши национальные традиции и укрепляют семейные устои? Эти заведения посещают исключительно законопослушные граждане и можно не опасаться за своих детей и близких? Рядом с такими клубами приятно прогуляться? Мы гордимся их наличием в нашем городе, особенно в его историческом центре? Мы мечтаем попасть туда на работу сами и устроить туда своих детей? Точно НЕТ! Но почему же тогда к ним так лояльно законодательство?!».

Этот перекос системы общественных отношений связан с тем, что государство, призванное уравновешивать интересы разных групп, самоустранилось от роли арбитра, поставив во главу угла неограниченную свободу бизнеса. Парадокс, но в этих условиях даже Правозащитный центр, со свойственным ему неприятием излишнего государственного контроля, вынужден требовать ограничений в сфере развлекательных услуг.

Интерес увеселительных заведений в том, чтобы быть поближе к клиенту, поэтому они так рвутся в гущу городской жизни. По доброй воле этот бизнес никогда не уберётся за город, в особые зоны наподобие игровых. Что же теперь, господа прокуроры, сдать город на волю сутенёров?

Татьяна Кротова

Просмотров: 466