Моя ли полиция?

Органы: Реформа МВД в зеркале общественного мнения *

«Моя милиция меня бережёт», — писал поэт. Многие десятилетия милиция считалась народной. Но «кредит доверия» подистратился. Восстановить его – одна из главных декларируемых целей реформы МВД. Сама реформа, как следует из недавних заявлений министра Рашида Нургалиева, растянется на долгие годы. Увы, согласно данным опросов общественного мнения, в том числе, проводившихся в Прикамье, она мало что изменила в отношении населения к стражам правопорядка.

Пока полиция как и весь российский народ послушно идет за реформаторами, как на этих учениях

Пока полиция как и весь российский народ послушно идет за реформаторами, как на этих учениях

Подавляющее большинство россиян, а именно 72% опрошенных, не видят никаких положительных результатов. По данным недавнего опроса «Левада-Центра», 43% на вопрос «дало ли какой-либо положительный эффект преобразование милиции в полицию» ответили «скорее нет», еще 29% респондентов считают, что «определенно нет». Только 3% россиян уверены в том, что реформа полиции действительно имела успех. Еще 15% считают, что, скорее всего, положительный эффект есть. 10% опрошенных затруднились с ответом.

Также 72% респондентов отметили, что сотрудники МВД не улучшили, но и не ухудшили свою работу в последние год-полтора. При этом в октябре 2011 года к такому мнению склонялись 75% опрошенных. По  одному проценту прибавилось среди тех, кто считает, что работать полицейские стали лучше (7% против 6 в октябре 2011 года), и тех, кто, наоборот, уверен, что полиция стала работать хуже (15% против 14).

А вот лояльный власти Всероссийский центр изучения общественного мнения (ВЦИОМ) рисует куда как более оптимистичную, но на наш взгляд, сюрреалистичную картину. Мол, уровень доверия населения к органам внутренних дел в вопросах обеспечении личной и имущественной безопасности вырос с 33% в 2009 г. до 52% в 2011 г. Адвокат, профессор кафедры конституционного и муниципального права юридического факультета МГУ им. М. В. Ломоносова, член комиссии Общественной палаты по общественному контролю за деятельностью и реформированием правоохранительных органов Елена Лукьянова считает: здесь налицо подгонка данных под заказанный результат. И все же признаёт: «Реформа начата, первая чистка проведена. Специалисты видят какое-то движение, потому что был вообще полный штиль. Если реформу кто-то не остановит, то этот страшный гордиев узел мы потихоньку начинаем распутывать. Реформу МВД не остановили, она будет теперь перманентной. Это зависит от многих факторов. Давайте добавим, что система сопротивляется. Так что это будет зависеть от уровня ее сопротивления, от последовательности мер, от политической воли руководства, от настроений граждан. Это может продолжаться еще несколько лет, и получится хороший результат, а может рухнуть в одночасье…».

Без сомнения, недавняя казанская трагедия с изнасилованием до смерти задержанного существенно скорректировала приведенные выше цифры.

И все же определенный, хоть и неоднозначный  перелом в общественном сознании произошел. Сравним. Установка в 1998 году на здании ГУВД памятной доски, посвященной 60-летнему юбилею создания областного управления НКВД, вызвала возмущенную реакцию антисоветски настроенной общественности, и её пришлось снять. То есть неприемлемой оказалась даже сама «аббревиатура тоталитаризма». А бурно-негативная реакция на переименование милиции в полицию коммунистов и ветеранов оказалась уже относительно кратковременной.

В связи с проводимой политикой демократизации и открытости органов внутренних дел в период реформы резко возросло количество обращений и жалоб населения на действия сотрудников органов внутренних дел. В том числе и по краевому ГУ: в 2010 году — 2898, в 2011-м – 3341. Из них обоснованными было признано 370, что составило 11% (в позапрошлом году — 9.9%). По всем нарушениям незамедлительно проводятся служебные проверки. В результате таковых к дисциплинарной ответственности  привлечено 224 сотрудника, в том числе 19 руководителей.

На что жалуются больше всего? На неэффективность действий или вообще бездействие, чуть меньше – на неправомерные действия. Чьи? Наблюдается увеличение жалоб в отношении основных служб ГУ, находящихся «на переднем крае» работы с гражданами: участковых уполномоченных и ГИБДД. В большинстве своем граждане обращаются с заявлениями о необоснованных отказах  в возбуждении уголовных дел и неполноту проведенных проверок, выражают свое несогласие с составленными на них протоколами об административных правонарушениях, обжалуют результаты рассмотрения материалов по ДТП. Анализ обращений граждан показал, что на 136% возросло количество жалоб граждан на действия сотрудников УГИБДД (2010 году — 91, 2011 год — 215). Причем доля жалоб, признанных обоснованными снизилась с 8,8% в 2010 году до 4,2% в 2011 году. Приведенные цифры свидетельствуют в первую очередь о том, что население стало смелее выражать свое несогласие с действиями сотрудников полиции, а это, безусловно, является положительной тенденцией. Во-вторых, качество проводимых первоначальных проверок по заявлениям и обращениям граждан продолжает оставаться на низком уровне.

В адрес краевого ГУ продолжает ежегодно увеличиваться количество поручений по обращениям граждан, направленных

- из Министерства внутренних дел — на 16%: в 2011 году — 289, в 2010 году — 249;

- из Администрации Президента — на 37%: в 2011 г. — 162, в 2010 г.- 118;

- из Администраций Пермского края — на 10%: в 2011 году — 172, в 2010 году — 156;

- из аппарата уполномоченного по правам человека в Пермском крае — на 11%: в 2011 году.- 179, в 2010-м — 161.

В 2011 году на контроле руководителей подразделений Пермского края находилось 1953 обращения граждан. Из них будучи взятыми на контроль руководством ГУ, обоснованными признано 39 (16%) .

Интересна реакция на реформу тех, кого она коснулась непосредственно: сотрудников ОВД и членов их семей.

На корпоративных интернет-форумах преобладает информация о том, что сокращение шло главным образом в низах. Критически оцениваются цели. К примеру, нижеследующим образом.

Людмила: «Реформу» начали для того, чтобы затравить полицейских. Инициативных профессионалов в МВД боятся. Задача — подготовить послушный безвольный контингент».

Михаил М.: «Реформа» МВД была обречена на провал с самого начала. Кратковременный эффект от контрольных и аттестационных телодвижений будет (уже есть), а вот дальше будет лишь хуже. Только об этом не будут так визжать на каждом углу, как последние «предреформенные» два года, когда ментов только журнал «Садоводство» с грязью не смешивал. Так как это будет уже белая и пушистая полиция… Со значком и коммуникатором. Отобранная и обученная. А потом начнётся всё как прежде. Люди остались прежние. Хотя нет. Не все прежние… Уйдут последние советские милиционеры. Те, у кого ещё совесть оставалась. Останутся молодые и креативные дети 90-х… Чьё становление как сотрудников прошло в годы всеобщего похренизма, роста коррупции и воровства. Которые не видали, КАК надо служить и работать, только от старших краем уха слышали. Результат «реформ» МВД не за горами. Ибо нельзя и бесполезно лечить ОДИН палец (даже большой) всей пораженной гангреной руки… Надо голову подлечить сначала».

Бывший мент. «Все правильно, инициативных профессионалов — на пенсию по достижению предельного возраста, руководить будут те же генералы (309 из 360), тоже достигшие предельного возраста, в большинстве своем страдающие такими заболеваниями, как непрофессионализм, коррупционизм, алкоголизм и другие «измы». Для них ничего не меняется, а «на земле» работать некому — сокращение!».

Ольга. «Боже мой! Кто-нибудь в силах остановить этот дурдом в системе ВС РФ и МВД? Во что превратили страну? Армии нет, милиции нет. Чувство такое, что у нас Россия состоит только из одной Москвы. Она совсем стала «отдельным государством» и подстраивает всё под себя, не учитывая ни интересов, ни потребностей отдельных регионов, особенно отдаленных. …Волосы дыбом стоят от безвластия!!!»

Курт. «… Некомплект личного состава по наружным нарядам ППС ГАИ, после тупых сокращений на улицах работать некому. Зато проверяющих и контролирующих на каждого постового уже по 2-3 человека, их-то сокращение не коснулось…»

Капитан. «Нет слов от этой реформы!!! Ну что за бред, сокращать «по живому», тем более по тем, кто работает на «земле»??? По сравнению с 2010 годом регистрация по КУСП увеличилась в 4 (четыре) раза. Численность сотрудников сократили; если в 2010 году приходилось на исполнение по 30-40 КУСП в месяц, то сейчас от 80 до 90. Это что такое??? Ведь по каждому заявлению граждан необходимо как минимум нескольких людей опросить, а ведь это время, затем надо напечатать, дать ответ… При этом говорят, что необходимо улучшить качество!!! КАК Я ВАМ ЕГО УЛУЧШУ, если работать некому??? КАК??? В 2010 году нас было 5 сотрудников. Сейчас осталось 3, из нас троих один в отпуске, вот и, получается, вдвоем исполняем обязанности ПЯТЕРЫХ, а штатная численность штаба по сравнению с прошлым годом не изменилась… Извините, кроме мата больше не могу никак все это выразить. Все, пошел спать, а то пришел с работы в 23:20, а завтра в 8:30 совещание!!!! А мне еще детей покормить и побриться надо!».

Нарекания вызывает остающаяся слабой социально-правовая защищенность стражей правопорядка, особенно в том, что касается жилья. Мать и вдова погибшего 24 июня прошлого года при участии в контртеррористической операции в Приэльбрусье бойца пермского СОБРа Андрея Тунева жалуются на бездушие, проявленное по отношению к ним руководством ГУ и лично Ю.К. Валяевым. Мол, на похоронах тот обещал семье всемерную помощь, в том числе, с получением квартиры. Обещания не сдержал. Когда же женщины напомнили ему об этом, генерал заявил: «Вы же получили почти 900 тысяч рублей. Вот за счет них и меняйте свое жилье на лучшее». Между тем деньги эти выделило не государство. Их собрали, «пустив шапку по кругу», товарищи. Оказалось, перейдя из ОМОНа в СОБР, Тунев не переоформил заявления об улучшении жилищных условий по новому месту службы. Но ведь он продолжал служить в том же ведомстве, том же ГУ, выполнял те же функции: снайпера и взрывотехника. Бюрократизм оказался сильнее логики и простой человеческой порядочности.

Напряженность и недовольство сотрудников ОВД отчасти и ненадолго сбило повышение с этого года зарплаты, в среднем — двукратное. «Наконец-то прибавку стали получать и те, кто служит в низовых подразделениях», — с удовлетворением отмечали в беседах с автором многие сотрудники ГУ МВД по Пермскому краю. Потом спохватились: отменены стимулирующие доплаты, еще кое какие льготы. Посчитали – прослезились: почти так на так получается!

Своеобразна реакция на происходящая ветеранской общественности органов внутренних дел региона.  На сайте ГУ МВД РФ по Пермскому краю и в газете «Досье 02» (20.04.2012) опубликовано ее обращение к губернатору Олегу Чиркунову, главе Перми Игорю Сапко и руководителям СМИ. Мол, реформа «идет по плану» и «еще рано подводить итоги», между тем, ей мешают. В частности, журналисты, «однобоко освещающие сложившуюся ситуацию», «показывающие лишь отрицательные стороны деятельности полицейских». Тут же – ностальгия по временам, «когда средства массовой информации формировали положительный имидж сотрудника правопорядка, например – Анискина». И установка «не игнорировать информацию, отражающую положительные стороны деятельности полиции, реальные раскрытия преступлений, задержание преступников, ежедневный героизм личного состава органов внутренних дел, сопряженный с риском для здоровья, а порой и жизни». Далее, вот ведь парадокс – оценка, полностью совпадающая с приведенной в моей предыдущей статье: количество полицейских, погибших при исполнении служебных обязанностей, «соотносимо с количеством жертв в военных действиях». Нормально ли это – судите сами.

Виталий Кручинов


* Продолжение. Начало в предыдущем номере.

Просмотров: 602