Свобода слова под чутким присмотром полиции

Свобода слова под чутким присмотром полицииПермский региональный правозащитный центр судится с краевым главком МВД по поводу, который ещё недавно мы сочли бы невероятным. Но времена меняются, и сегодня власть дошла до утверждения, что мы на своём сайте обязаны размещать мнение полиции. И это при том, что полиции хватает собственных сайтов, на неё работают громадьё бюджетных ассигнований, оплаченные телеканалы, штаты пресс-служб!.. На фоне эдакой государственной махины что значит сайт обычной общественной организации, одинокий воин в информационном поле? Самое нелепое, что истец в этом деле обиженная полиция, а Правозащитный центр — главный обидчик и ответчик. Если ПРПЦ проиграет этот процесс, то полиция сможет заставлять через суд независимых владельцев сайтов публиковать правильную, с точки зрения МВД, информацию. Гайки закручивают, знать, для того, чтобы общественникам неповадно было вякать на силовиков, даже если речь идёт о бездействии и неэтичном поведении полицейских…

Встанут ли снова дыбом волосы у Путина?

Судья Ленинского районного суда Перми Александр Алексеев занял сторону полиции, не вникая в вещи, имеющие принципиальнейшее значение при нынешнем неблагополучии сферы свободы слова. Судебное решение опирается на то, что Правозащитный центр распространил порочащие и недостоверные сведения о работе полицейских. Между тем судья этот вопрос даже не рассматривал, а истец не настаивал, и никакой объективной проверки не проводилось. Тем самым г-н Алексеев создал прецедент абсурдности. ПРПЦ не стал мириться с явными натяжками в этом деле и направил в Пермский краевой суд апелляционную жалобу. Законодательство наше устроено таким образом, что апелляция на начальном этапе попадает в тот же суд, решение которого мы пытаемся отменить. Стоит ли в этой ситуации удивляться, что апелляцию «завернули на входе» и мы подаём её уже второй раз.

Напоминаем, что события, которые легли в основу болезненной для полицейского самолюбия журналистской статьи, случились год назад. Десятки малоимущих пермяков, в том числе многодетные семьи и инвалиды, стали жертвами нового вида мошенничества. Своих жертв мошенники-посредники уговаривали открыть фиктивные ИП за 5 тысяч рублей вознаграждения, выплачиваемого якобы «по программе госпомощи». Счета этих ИП, по словам самих же посредников, подпольно продавались высокопоставленным госслужащим, которые не могут открыто заниматься бизнесом. За короткое время неизвестные лица с помощью фирм-однодневок прогнали через купленные счета и обналичили сотни миллионов рублей. Малоимущим горе-предпринимателям достались астрономические суммы долгов перед государством и банками в виде неуплаченного подоходного налога и комиссии за банковские операции. Так, через счёт ИП Татьяны Путиловой, находящейся в академическом отпуске после рождения ребёнка, было проведено и снято более 35 миллионов рублей. В результате на бедную студентку повешено около 2,5 миллионов долга.

Легковерные пермяки, помимо свалившейся на них крупной задолженности, рискуют попасть под уголовную ответственность за уклонение от уплаты налогов (ст. 198 УК РФ), что грозит им штрафом от 100 000 рублей или лишением свободы на срок до 3-х лет. Пермский региональный правозащитный центр взял под свою защиту полдюжины малоимущих, инициировав их обращение в правоохранительные органы. Несмотря на обилие собранных ПРПЦ сведений о мошенниках (иногда даже казалось, что мы работаем за следователей), наши подопечные столкнулись с каруселью отказов в пермской полиции.

О том, как сотрудниками отдела экономической безопасности и противодействия коррупции (ОЭБиПК) Управления МВД РФ по г. Перми проводились проверки и штамповались отказные постановления, ПРПЦ рассказал в начале года на своём сайте. К тому моменту у нас уже имелась запись разговора с одним из мошенников Евгением Рубцовым, который заявил, что проблем с полицией не боится — «…от мусоров мы откупимся — не первый раз! Это для нас расходы, а не проблемы». Не хотелось верить словам профессиональных обманщиков, но за год мы добились от борцов с экономической преступностью только упорных отказов брать след пропавших миллионов и раскручивать аферу с ИП. В ходе проверок наши доблестные правоохранители демонстрировали либо прискорбную неспособность установить личности посредников, либо — после того как эти тёмные личности были буквально «поднесены на блюдечке», благодаря журналистскому расследованию ПРПЦ, — фатальную невозможность опросить их в установленные сроки проверки.

Откуда эта глухая стена по отношению к пострадавшим и к тому ущербу, который понесли российские бюджетники, недополучившие миллионы рублей из-за бесперспективности получения налогов с неимущих «бизнесменов»? Забегая вперёд, отметим, что полицейские зато с большим рвением взялись за отстаивание чести мундира.

Полицейский всегда прав

Поводом к судебному преследованию ПРПЦ послужила статья о работе полиции, опубликованная ровно одиннадцать месяцев назад — 14 января — под заголовком «Заявителям в полиции отказывают и припугивают». Может ли публикация достоверной информации о нарушении полицейскими законности задеть интересы МВД? Разве критическая статья не призвана улучшить работу полиции и способствовать восстановлению законности в её рядах? Именно на такую разумную реакцию мы рассчитывали.

Реакции долго не было. Наконец, 23 марта пресс-служба ГУ МВД России по Пермскому краю сделала Пермскому региональному правозащитному центру странное предложение: опубликовать полицейский вариант событий на сайте организации. Пресс-служба главка настаивала на праве на ответ по Закону РФ «О средствах массовой информации», хотя сайт Правозащитного центра не зарегистрирован в качестве СМИ. Притом, ответ изначально был составлен с таким расчётом, что любая уважающая себя организация откажется его публиковать. Чужому сайту под видом ответа навязывалось опровержение, где автор статьи обвинялся в подмене смысла информации и введении читателей в заблуждение.

В телефонном разговоре с ПРПЦ начальник пресс-службы ГУ МВД Артур Гайнанов упрекнул журналиста в однобокости материала «Заявителям в полиции отказывают и припугивают» (несмотря на то, что сам автор был участником событий и рассказал о том, что видел и слышал в компании с другими свидетелями). В то же время Артур Мирсаетович не пожелал замечать удручающую однобокость служебной проверки, устроенной после выхода статьи руководством краевой полиции, результаты которой нам предлагается опубликовать. Почему не учтена прокурорская отмена сделанных следователями ОЭБиПК Кислициным и Алиевым постановлений, о сомнительности которых говорилось в упомянутой статье? Выводы прокуратуры полностью подтвердили правоту автора. Почему не был опрошен ни один заявитель? Татьяна Путилова, Людмила Симонова и Эльдар Амиров могли бы подтвердить все факты, изложенные в журналистском материале. Или, по задумке начальства, следователи Алиев и Кислицин должны были как на духу поведать всю правду о своих нарушениях? В итоге виноват остался журналист, якобы исказивший факты.

В доступе к материалам проверки нам было отказано по причине её внутреннего характера — о каком объективном контроле здесь может идти речь?! Судья же вообще отказался рассматривать достоверность изложенных в статье сведений, хотя в своём решении сослался на их порочащий характер. На наш взгляд, в столь избирательном подходе ярко выразилось неравенство наших граждан перед правоохранительной и судебной системами. По результатам закрытой проверки слово человека в погонах и слово представителя общественности оказались неравного веса. Полицейские, действия которых получили в статье негативную оценку, почему-то пользуются безграничным доверием своего руководства: именно их слова при проверке краевое ГУ МВД взяло за мерило истины! Но непредвзятый читатель, безусловно, согласится с нами, что беспристрастным такое мерило быть не может ни при каких условиях.

Чувство превосходства силовых структур над простыми смертными проявляется не только в этом. Добившись победы в суде первой инстанции, в Управлении МВД вряд ли задумываются над тем, какие последствия повлечёт полученное судебное решение. Сегодня общественную организацию принуждают публиковать мнение полиции, а завтра это вернётся бумерангом: любая организация и любой гражданин смогут воспользоваться правом на ответ, требуя публикации своей трактовки событий на сайтах МВД, Минюста и прочих государственных органов, посмевших всуе упомянуть кого-то! Правда, «получить сдачу» госслужащие могут лишь в условиях равенства всех перед законом. Не значит ли это, что ощущение собственной неуязвимости подталкивает полицейских бесстрашно открывать ящик Пандоры? Тем не менее, предлагаем подумать над этим фактическим приглашением всех тех, кто считает, что их интересы задевает публикация на сайтах госорганов. Тем более, что приглашение исходит от самой краевой полиции!

«А кто устережёт самих-то сторожей…»

Затеянный правоохранителями судебный процесс попахивает расправой над независимой общественностью. В статье выплыла правда о специфических методах работы полицейских, и в МВД это восприняли как подрыв репутации. Вместо того, чтобы разбираться с «проколовшимися» сотрудниками, в ведомстве решили заткнуть рот всем критикам, взяв под контроль источники информации — сайты общественных организаций. Пермские блюстители закона, похоже, даже не понимают, что таким поведением лишний раз доказывают репрессивный стиль своей работы, отмеченный в заголовке «неправильной», с их точки зрения, статьи.

Согласимся, что всё вышеописанное в значительной степени извращает принцип открытости полиции. Кроме того, по закону «О полиции» подразделение МВД находится под общественным контролем — что же такое этот контроль, если уже нельзя критически высказаться о полиции? Снова актуальным становится замечание древнеримского сатирика: «А кто устережёт самих-то сторожей»…

Долг полиции — защита законности, и от того насколько хорошо она это делает, зависит её репутация. Ни от склок на сайтах, ни от чего другого. Что же в данном случае защищает пермская полиция, ввязавшись в суды с Правозащитным центром? Плохую работу своих подчинённых. Право следователя придумывать несуществующие законы, чтобы пугать тюрьмой заявителей. Формальное проведение проверок и необоснованные отказы в помощи пострадавшим от мошенничества. В конечном счёте, неприкасаемость полиции и, в частности, сотрудников ОЭБиПК.

Подобная линия поведения свойственна могущественным бизнес-корпорациям, внешняя деятельность которых сосредоточена на защите собственной репутации. Но у полиции нет, не должно и не может быть других интересов, кроме поддержания законности! Понимает ли это судья Алексеев, фактически признавший, что совершение следователем незаконных действий и нарушение профессиональной этики может быть интересом ГУ МВД?! В таких условиях общество остаётся беззащитным перед монстром правоохранительной системы, замкнутой на себе и защите своего благополучия. Мы прекрасно помним причины, с которых началась реформа милиции. Неужели нынешняя ситуация является её «блестящим» завершением? Возвращаемся на круги своя, к дореформенному периоду, господа!

Сергей Исаев,
директор ПРПЦ

Просмотров: 558