Вырваться из рабства

Защита трудовых прав заключенных вряд ли вызовет прилив сочувствия в сердцах сограждан. Ворам и бандитам — еще платить! Но не будем забывать, что от этого страдают невинные люди. Как могут выполняться судебные решения о компенсациях потерпевшим, возмещении вреда и выплате алиментов, если осужденный почти ничего не зарабатывает? В конце концов, заключенный не должен сидеть на шее общества.

ИК-32 в Перми шьёт спецодежду для армии и правоохранительных органов. Как и другие женские колонии края эта стабильно загружена заказами. ФОТО: СЕРГЕЙ ИСАЕВ

ИК-32 в Перми шьёт спецодежду для армии и правоохранительных органов. Как и другие женские колонии края эта стабильно загружена заказами. ФОТО: СЕРГЕЙ ИСАЕВ

Между тем, соблюдение права на труд в исправительных учреждениях России — одна из самых сложных проблем, имеющих в основе отсутствие ясности в понимании природы труда в исправительных учреждения. На практике это деформирует всю систему труда осужденных, создает возможность для произвольного толкования норм и путаности в их применении. Пониманию источников нарушений прав и поиску путей решения выхода из создавшейся ситуации был посвящен межрегиональный круглый стол, проведенный в Перми в рамках российского проекта Общественной наблюдательной комиссии по обеспечению прав человека в местах принудительного содержания (ОНК). Организатором круглого стола выступил Пермский региональный правозащитный центр, а его участниками — члены ОНК Свердловской, Челябинской, Кировской и Тюменской областей, сотрудники ГУФСИН, краевой прокуратуры, специалисты Пермского крайсовпрофа и аппарата Уполномоченного по правам человека в Пермском крае.

В течение двухдневной программы круглого стола смогли высказаться все участники, тема была рассмотрена под разными углами зрения. Правозащитники сосредоточились не столько на «ловле блох» в виде злоупотреблений в отдельных колониях (хотя с этим тоже работают), а на системных изменениях и поиске принципиального подхода к использованию труда заключенных.

Региональный координатор проекта, председатель ОНК Пермского края Сергей Исаев считает, что труд в исправительных учреждениях играет важную социализирующую роль.  Приближение его к нормам Трудового кодекса РФ подготовит заключенного к возвращению в общество. Сегодня же труд осужденного в немалой степени регулируется Уголовно-исполнительным кодексом РФ и имеет все признаки труда принудительного, связанного с наказанием. И даже рабского, если иметь в виду, что в сравнении с обычным рабочим за одинаковый объем произведенной продукции осужденный получает значительно меньше, то есть большая часть его рабочего времени не оплачивается. «Принудительный труд воспитает только Спартака», — припомнили участники обсуждения восстание рабов в Древнем Риме и недавний опыт зауральских Копейска с Невьянском, где вспыхнули крупные бунты заключенных.

«Его величество кубометр», правивший на зонах, ушел в историю. В рыночных условиях норма закона об обязательности труда в местах лишения свободы трудно осуществима — безработица пришла и за колючую проволоку. Это головоломка, с которой столкнулось общество: с одной стороны, понуждение осужденных к труду необходимо, с другой стороны, принуждать зачастую не к чему. В самом деле, не отправишь ведь их торговать или охранять. А производство не развивается, когда всё завалено китайским товаром. Там, где производство еще осталось, про заключенных недаром говорят, что они конкурируют с Китаем, выполняя высокий план на старом оборудовании за минимальный размер оплаты труда (МРОТ).

Если же месячный план не выполнен на 100%, заключенные получают меньше МРОТ, что довольно абсурдно (на то она и «минималка», что меньше платить нельзя!). Но если осужденный выполнил план, но при этом заработал меньше МРОТ, учреждение «добивает» оплату труда до минимальной. Часто это называют премированием, несмотря на то, что таковым оно не является. Заработная плата, таким образом, выравнивается для тех, кто трудился интенсивнее, труд не стимулируется и поддерживается привлечением осужденного к дисциплинарной ответственности за отказ от работы.

Участники отметили, что не во всех колониях работники получают квиточки, по которым можно проследить начисление зарплаты.

Член ОНК Пермского края, юрист ПРПЦ Сергей Трутнев подчеркнул, что осужденный не имеет возможности самозащиты от своего работодателя — государства. Отбывая наказание, человек ограничен в правах и свободах, но не обращен в рабство. Поэтому система трудовых отношений за «колючкой» должна быть сбалансирована, позволяя работнику защищать себя.

Эксперты крайсовпрофа предложили включить в Трудовой кодекс главы о регулировании труда осужденных, не противоречащие Уголовно-исполнительному кодексу.

Представители ГУФСИНа на круглом столе поделились своими трудностями, в частности проблемой с контингентом. Так, например, после употребления дезоморфина, выжигающего мозг, наркоманы, сидящие в колониях, необучаемы и могут только перебирать картошку. С такими «работничками» перспективы на развертывание конкурентоспособного производства у колонии незавидные. И это лишь одна из сторон многогранной проблемы организации производства в исправительных учреждениях. А есть еще вопросы справедливости налогообложения, поиска заказов, сбыта, участия правительства края в программах трудовой занятости осужденных (ведь большая часть осужденных, отбывающих наказания в пермских колониях — жители региона), и многие другие.

Как показал обобщенный опыт, ситуация достигла критической отметки: существующее положение вещей уже никого не устраивает. Изменения трудовых отношений в системе ФСИН назрели, но процесс это долгий и кропотливый. Представители ОНК считают, что наряду с продолжением отслеживания ситуации в исправительных учреждениях необходимо выработать свои рекомендации преобразований.

Наработки участников круглого стола должны теперь стать основой для разговора на экспертном совещании, которое будет проведено ПРПЦ в конце марта.

Татьяна КРОТОВА,
сотрудник ПРПЦ

Просмотров: 697