Выселение по-пермски

Недавно завершившаяся со мною история настолько дикая, что стоит пересказать её целиком и подвести ей итог. Это история моего родового гнезда по адресу 2-я Путейская, 66 в Перми.

В 1997 году судья Светлана Лобанова признала недобросовестными владельцами застройщиков частного деревянного дома и фактических его владельцев с самого момента постройки в 1958 году — нас, мать и дочь Оглоблиных. Собственником судья назвала лицо, которое ни сном, ни духом не знало о судебном заседании и никогда не претендовало на дом. Однако, в судебном заседании участвовал его сын, Сергей, обозначенный в судебных документах как представитель ответчика. Однако, как свидетельствуют материалы дела, у этого представителя не было никаких полномочий — в 2013 году это было подтверждено в судебном порядке, -  так как он принимал участие в судебном заседании без всякой доверенности и к данному спору отношения не имел. Ответчик же даже не был извещён о заседании, что само по себе является, согласно действовавшему тогда Гражданскому кодексу, основанием для отмены решения.

Однако, «представитель ответчика» при этом сидел за одним столом с судьёй, и всё судебное заседание было построено на его выступлении, в котором он заявил, что истицы к дому не имеют отношения и живут на правах квартиранток. Показания 3-х свидетелей, сообщивших, что никаких хозяев, кроме нас, Оглоблиных, не знают, что дом строила мать, а дальнейшее обустройство вели мы с нею, на решение не повлияли, в нём даже нет упоминания о свидетелях.

Согласно закону, решение суда, вынесенное в незаконном составе, подлежит отмене. Но, несмотря на все старания, отменить его не удалось. Все последующие решения выносились со ссылкой на лобановское, которое оказалось непреодолимым.

Далее всё пошло своим логичным ходом. Сергей зарегистрировал права на дом по подложным документам на своего сына Романа, и теперь уже он стал полноправным хозяином. В 2010 году «собственники» через тот же Дзержинский суд лишили меня права пользования жилым помещением как бывшего члена семьи. «Помилуйте, — говорю, — мы никогда не жили вместе, не были одной семьёй!». Но суд вынес именно такое решение со снятием меня с регистрационного учёта. После смерти матери в 2012 году у меня обрезали электропровода, пытались отключить газ, но, спасибо газовикам, те не допустили. В финале Дзержинский суд вынес решение о моём выселении как утратившей право пользования жилой площадью. Я обжаловала это решение во все инстанции, но бесполезно. Подала ходатайство об отсрочке выселения, поскольку была осень, и мне было просто некуда выселяться в зиму. Но это заявление суд не торопился рассматривать…

Тем временем, 31.10.2012, когда меня не было дома, туда было совершено нашествие во главе с «хозяевами», в сопровождении судебного пристава, участкового и группы поддержки. Взломали замки, сломали ворота и двери и учинили полный разгром. К моему приходу успели вывезти фургон с бытовой и компьютерной техникой и прочими ценными предметами. Я застала на полу кучу вещей, по которым ходили ногами. «Взыскатель»-Роман со своими товарищами, оказавшимися понятыми, вытаскивали из всех шкафов книги, документы, одежду, бельё, засовывали всё в мешки, обвязывали скотчем. Судебный пристав заносила в опись: мешок, стоимость 50 копеек.

Таким образом в тот день вывезли 3 фургона, ещё один — на следующий день. Всё моё имущество оценили в сумму 2,7 тысячи рублей. На второй день было уже полное разорение гнезда: обрезали трубы отопления и водопровода, сняли газовый и банный котлы… В конце процедуры всё закрыли на новые замки, и судебный пристав запретила мне появляться на территории, хотя там оставались ещё нужные вещи, инструмент, гараж со всем содержимым, овощи и заготовки в яме… Всё изъятое отправили на хранение в какое-то ООО. Впоследствии за это хранение с моей пенсии удержали свыше 62 тысяч рублей.

Я оспаривала действий судебного пристава-исполнителя в связи с допущенными ею нарушениями, коих насчитала 11 пунктов. Самое первое нарушение состоит в том, что до судебного решения об отсрочке никаких исполнительных действий производить не имели права. Жалобу мою рассмотрела судья, которая до этого, в декабре, принимала решение о выселении. И поскольку выселение уже было совершено, она, конечно же, отказала.

А самое главное то, что изъятие вещей без решения суда согласно ст. 35 Конституции недопустимо. А такого решения суда не было и нет.

Обжалование незаконных действий пристава ни к чему не привело. Мне твердили, что она исполняла решение суда. Никто не хотел учесть, что за мной остаётся право владения имуществом как фактического владельца, права которого защищены государством. Всё это сугубая теория. На практике по моему заявлению о хищении имущества — а изъятие подобным образом это чистейшее хищение, — я получила из прокуратуры Дзержинского района ответ о том, что моё «арестованное» имущество реализовано ещё в прошлом году. А факт хищения не установлен.

Ну и что касается дома. 9 октября прошлого года новый владелец Роман, который так пёкся о его сохранности, требуя моего выселения, подогнал к моему дому бульдозер и сгрёб его в одну кучу. До этого на 2-х фургонах вывезли металлический гараж со всем содержимым, трубы отопления, газовый и банный котлы… В общем, было, что ещё взять.

Итак, с домом и имуществом покончено. Осталась земля.

С договором на предоставление земельного участка под жилищное строительство, выданным в 1958 году, Сергей по доверенности от Романа обращается в регистрационную палату и в упрощенном порядке регистрирует право собственности на участок, а затем продаёт его. А ведь ситуация такова, что земля по договору была предоставлена совсем иному лицу, которое утратило право пользования земельным участком ещё в 1962 году согласно действовавшим тогда Гражданскому и Земельному кодексам РСФСР. Сергей и Роман таким образом являются ненадлежащими заявителями и даже не фактическими пользователями, что имеет значение.

Такова история рейдерского захвата моего имущества, совершённого с помощью должностных лиц, олицетворяющих государство. Я на собственной шкуре убедилась, что Закон у нас превыше всего, что он находится в надёжных руках, и с высоты своего положения им бьют по головам нас, нижестоящих.

Что же касается судьи Лобановой, то Следственный комитет не находит ничего интересного в моих сообщениях о её неправомерных действиях, хотя все они документально подтверждены.

Валентина Оглоблина

P.S. В минувшем феврале прокурор Пермского края Вадим Антипов письменно уведомил меня, что «доводы о незаконном аресте и реализации имущества, изъятого службой судебных приставов, в ходе проверки нашли своё подтверждение». Материал находится на дополнительной проверке в Отделе полиции по Дзержинскому району.

Предварительная информация по делу: Действиями пермского судьи займётся Высшая квалификационная коллегия судей

Вот в это превратился дом известной пермской лесозащитницы Валентины Викторовны Оглоблиной на улице 2-й Путейской 9 октября 2016 года:

Вот в это превратился дом известной пермской лесозащитницы Валентины Викторовны Оглоблиной на улице 2-й Путейской 9 октября 2016 года:

Просмотров: 505