Заработная плата осуждённых

Выступление юриста ПРПЦ Сергея Трутнева на круглом столе «Соблюдение права на труд в исправительных учреждениях» (Пермь, ИК-32, 18-19 декабря 2013 г.)

Может ли государство эффективно само себя контролировать? Я не могу утверждать, что в сфере государственного надзора совершенно ничего не происходит, но мы вправе поставить такой вопрос. Потому что трудовое законодательство, имея ввиду систему государственного контроля в виде инспекции и прокуратуры, тем не менее большое внимание уделяет вопросу самоорганизации: в лице профсоюзов, в лице  специальных внесудебных  (практически судебных)  органов, которые устанавливаются специально в сфере трудовых отношений. Практически единственное место, где народ самостоятельно вершит правосудие — это трудовые отношения. В связи с чем можно говорить об очень либеральной система трудовых отношений. В колонии этого ничего нет, и ничего такого быть не может. Мы понимаем, с одной стороны, что наличие вот этого «быть не может» создает постоянные вопросы о том, насколько эффективно государственный надзор осуществляется по отношению к государственному учреждению. С другой стороны, мы задаем вопрос о том, насколько достаточен этот надзор. Ведь государственный надзор не формирует продвижение интересов работника. Колонии же давно находятся в рынке, что указывает на необходимость уходить от отношений в сфере исполнения наказаний и, насколько возможно, придерживаться системы трудовых отношений. Соответственно нужно устанавливать специальные институты, поднимающие вопросы самозащиты, которые могли бы закрывать брешь в системе проявления интересов в сфере труда. В этой части у ОНК есть определенное место, но опять же нужно понять, как встраивать ОНК в эту систему так, чтобы не нарушать ни требования к режиму, ни специфику содержания осужденных. Возможно ли это, есть ли в этом предложении какой то смысл? Это нужно обсуждать? Было бы хорошо, если бы какие-то мысли, пожелания, рекомендации порождались не только в кругу ОНК, а в диалоге с государственными надзорными органами. Думаю, что это возможно, когда возникают вопросы об информировании работников, о режимах работы, заработной платы.

Так, вчера прошла дискуссия по поводу того, каким образом возникают проблемы с заработной платой. Я бы хотел еще раз сказать: то, что мы обсуждали вчера является проблемой системно—правовой. Проблема, на мой взгляд, состоит в следующем: к труду осужденного применяется общая система оплаты труда. Она установлена на определенном уровне. Раньше эта была единая тарифная сетка, которая остановилась на 600 рублях. И даже после того, как единая сетка  перестала применяться в общем хозяйстве, относительно труда осужденных она очень долго продолжала применяться, устанавливая оклад для осужденного в размере 600 рублей. На сегодняшний день существует другой приказ, который устанавливает несколько более высокие тарифные оклады для труда осужденных: две, три тысячи рублей, но система остается та же самая. Проблема в том, что оклад меньше нормы (МРОТА). Система премирования этой проблема не снимает. Любой работодатель, устанавливающий оклад меньше МРОТа (такие есть, и это законно с точки зрения позиции Конституционного суда, как бы по этому поводу не продолжали «воевать» профсоюзы; насколько я знаю «трудовики» по этому поводу  «плечами пожимают»; нет понимания того, что проблема — в законодательной системе), должен производить доплаты до МРОТ. При этом эти доплаты, с точки зрения системы исполнения наказаний, не являются ни компенсационными выплатами, ни стимулирующими выплатами, ни, соответственно, окладом как заработная плата за определенное время определенного качества. Эта доплата, с точки зрения логики трудового законодательства, «черте что и черте как», но она есть. В колонии, разумеется, система таких доплат производится прежде всего. Здесь понимают, что как-то эту систему нужно оформлять, потому что их же надзирают. А что такое эта доплата с позиции закона? Сразу встает вопрос о целевом расходовании средств. Администрация учреждения начинает данную доплату оформлять в качестве стимулирующей премиальной выплаты, как-то ведь надо оформлять. Получается, что доплата до МРОТ уходит в премию, а для премии существует другая система. Относительно регулирования выплаты премии должен существовать локальный акт, и в колонии локальные акты принимаются. По общему правилу премии не начисляется, когда человек подвергается дисциплинарному взысканию, или когда происходит нарушение норм выработки. В результате возникает ситуация, когда существует возможность не выплачивать заработную плату в пределах МРОТа. Эта практика порождена, на мой взгляд, существующим законодательством. Но она порождает в свою очередь, определенные практики, которые мы фиксируем как нарушения. Если осужденный не выработал полную норму труда, он лишается права на премию, и премия не начисляется, и он получает не МРОТ, а оклад. Оклад в размере 2000 рублей, если у него не сдельная оплата труда, а «повременка», соответственно «режется», т.е. корректируется относительно фактически отработанного времени, в результате возникают вот такие маленькие зарплаты.

Кроме этого,  относительно зарплаты существует еще одна проблема. Существует 2 вида минимума по заработной платы: у нас есть федеральный МРОТ и региональная Минимальная заработная плата. Минимальная З/П — это МРОТ + районный коэффициент, в нашем случае 15%. Система следующая: министерство труда и все остальные еще в 2006 г., когда произошли изменения относительно МРОТа, спускало информационное письмо, в котором говорилось, что минимальная зарплата по регионам должна быть определена на уровне МРОТа, а районные коэффициенты должны быть включены соответственно в этот МРОТ. И это информационное  разъяснение никуда ни делось. Очень долго на сайте государственной инспекции труда именно такая правовая позиция была изложена. Профсоюзы добились вместе с Уполномоченным по правам человека изменений, но тем не менее возникает ситуация, когда, с одной стороны, суды порождают определенное правоприменение, суды говорят, что минимальная заработная плата у нас — это МРОТ + районный коэффициент, но вот это судебное правотолкование до государства «не долетает». Так как, с другой стороны, здравоохранение, образование, культура — все они руководствуются позицией, которая была изложена в информационном письме. Заметим — документом не нормативным! В системе исполнения наказания, на сколько мне известно, эта проблема тоже есть — Минимальная заработная плата работающих осужденных устанавливается на основании федерального МРОТ без учета региональной минимальной заработной платы. Есть проблема того, что несовершенством права порождается, соответственно, различное правоприменение и правотолкование. И мы, фиксируя нарушение права, в части определенного размера оплаты труда, мы принимаем толкование судебное, но государственная система принимает толкование иное.

Есть системно-правовая проблема: отношения возникающие в связи с привлечением к труду осужденных — это отношения по исполнению наказания или трудовые отношения. Четкого ответа нет. А оттуда возникает много вопросов какое законодательство следует применять при спорных ситуациях. Из системно правовой проблемы определения природы отношений, из проблемы смысловой ревизии правового регулирования труда в ИУ, вытекают небольшие легко видимые проблемы, при этом достаточно болезненные для самих работников. Например, информирование о размерах и начислениях по заработной плате. УИК ничего не говорит о том, что должны выдаваться документальные расшифровки, то что все называют квитками. Я считаю, что каждый работник должен получать квиточек. Квиточек должен быть понятным и информационным. В нем должно быть понятно как насчитано, как рассчитано, система контроля, учета рабочего времени. Зарплата должна быть доступна, открыта и контролируема, в том числе самим работником. Я считаю, что  проблемы с этим тоже есть, в некоторых колониях информирование до сих пор происходит на уровне бухгалтерии, путем устного разъяснения. Это порождает непонимание, недоверие и большое количество жалоб.

На мой взгляд пора начинать экспертный диалог о праве и смыслах. И в этом диалоге важен голос не только правоведов, но и голос общественников, которые могут смотреть на право непредвзято с точки зрения логики и смыслов.

Просмотров: 970